«Идише мама»

(В продолжение к тексту о расстрелянном сердце — теперь уже не о войне, а о любви.)

Как я недавно говорил, в военной ситуации человек, идя на фронт, сознавая, что он обязан отстаивать правое дело, не должен забывать, что при этом он идет совершать страшное преступление, то есть с самого начала берет на душу смертный грех. И, полагая себя безгрешным в своей решимости убивать людей по другую сторону роковой линии, заявляя, что он совершает благое дело, что это и не люди вовсе, человек (если он христианин) сразу опускает себя до уровня язычника, который в лучшем случае «не ведает, что творит».

Для многих это оказалось совсем не очевидно. Ну, я этого ожидал. А теперь, когда военные праздники уже прошли, поверну эту мысль в сторону житейскую. И тут она будет выглядеть еще более экстравагантной, чем во фронтовом антураже. Вот так, взяв на себя функцию любви к ближнему своему (конкретному ближнему — супругу, ребенку, родителю, душевному другу), мы что, должны, как классическая «идише мама», считать своего Изю лучшим на свете? Поддерживать его во всех его жестах и проявлениях? Должны заменить любовью всякую правду и справедливость? Должны закрывать глаза на его пороки и придумывать не существующие достоинства? Даже если он туп, жесток и подл?

Помолчим, подумаем. Вопрос с подвохом. И я знаю, что большая часть моих читателей (и пресловутые «идише мамы», и нежно любящие русские мамаши-папаши, и верные друзья, и страстные любовники) с энтузиазмом заявят, что именно так и надо. Если мы не возлюбим нашего ближнего, нашего ребеночка, нашу кровиночку, то кто же его полюбит? Если мы не поверим в его гениальность, то кто же в него, в бездарь и идиота, вдохнет самоуверенность, так полезную на пути вверх по социальной лестнице? Да чего там, если мы не проникнемся к нашей родине такой страстной любовью, при которой подвигами обернутся все ее кровавые преступления, то кто же кроме нас заявит на весь свет о ее величии?

И вот здесь я снова напомню о чисто христианском (хотя и неведомом для большинства христиан) союзе между любовью и правдой, между страстью и честным разумом. Если вы взялись любить и опекать какое-то существо, существующее рядом с вами, существующее само по себе, помимо вас, то, предаваясь этой любви, вы ни в коем случае не должны, не имеете права сознательно выкалывать себе глаза, протыкать барабанные перепонки. Очень дешево стоит любовь, построенная на красивой лжи. Любовь не к конкретному живому существу, а к чему-то, что вы придумали ему на замену, к идеальной химере, которую любить легко и приятно.

А вот попробуйте увидеть своего любимого сквозь весь чувственный, инстинктивный морок, сквозь наваждение сексуальной, или родительской, или товарищеской, или патриотической страсти. Увидеть его не только во всей красе, но и во всей его неправоте, в его несовершенстве, в его порочности. И осознайте, что вместе с радостями любви вы берете на себя и всю тяжесть чужих грехов, ибо что у вас за любовь, если вы не готовы разделить все бремя близкого человека, включая и его смертные грехи?

Собственно, это и есть великая диалектика христианства. Это и есть подвиг любви, самое героическое, что только есть на свете. Тут и кроется тайный смысл шуточной блатной песенки «Мама, я жулика люблю».

19.05.16

Вернусь к этой пошлой теме насчет «путинских волков», катающихся на мотоциклах по Европе. Ведь вот как я это понимаю.
1. По нашим законам такая автопрогулка является демонстрацией.
2. Несогласованная демонстрация — по нашим законам преступление. Пожалуй, что даже тяжкое.
3. Значит, эти волчары должны были согласовать свой мотопробег.
4. Ну, допустим, это согласование им в путинской администрации выдадут в момент и задним числом.
5. Но ведь согласование должны давать местные власти — той территории, где проходит акция. А какая-нибудь там Чехия в принципе не способна выдать такое согласование, поскольку вся подобная дурь там не требует согласований.
6. Значит, за акцию без согласования, то есть за нарушение российских законов, волчары, как граждане России, должны нести ответственность не по чешским, а по российским законам. Даже если правонарушение совершено за рубежом.
7. Выходит, их всех пора за решетку? (предварительно переломав, по новому российскому обычаю, кости и отбив почки)
Я правильно рассуждаю, или тут какая-то ошибка?

19.05.16. Правда второй свежести

Помните, Булгаков устами своего самого любимого героя говорил, что не бывает осетрины второй свежести, что свежесть может быть только одна — первая, она же и последняя. Ну, мне эта мудрость не по вкусу, я вижу в ней снобизм сытого барина, и мне лично, как и многим людям моего круга, не раз доводилось вкушать не осетрину, а всего лишь треску или мойву, и притом отнюдь не первой свежести. Лишь бы не была откровенно тухлой. Но сейчас я не об этом. Это только для затравки.

Но вот где я строг и педантичен — так это в логике. И смею так же высокомерно, как Булгаков, утверждать, что нет «правды второй свежести» – той, которая применительно к эпохе, применительно к политической ситуации, в общем, «применительно к подлости». И все правды и правдочки придворных правдоискателей — будь это именитые режиссеры 70-х или дрессированная, то есть «системная» оппозиция нулевых — все они ложь и тухлятина, причем более гадкие, чем прямое вранье.

Но я сейчас и не об этом. А о такой милой, трогательной штучке, которую называют «женская логика». Берусь строгим, суровым голосом объявить, что нет на свете «женской логики», «мужской логики», «государственной логики», «логики сердца» и т.п. На свете есть одна Логика, сформулированная еще в античные времена, а все остальное — только мухлеж и спекуляции. Конечно же, в каждой из перечисленных «логик» они свои, эти приемчики обмана, но, как ни крути, все они, эти «альтернативные логики», суть откровенная, не замаскированная ложь, оправдывающая себя ничем не обоснованным правом выйти за рамки законов честного разговора, наделить себя какими-то кривыми полномочиями, не данными простому порядочному человеку.

20.06.16. Абсцисса-ордината. Ипохондрия vs совесть

По мере того, как между 85% и 15% возникает все более глубокий ров с плавающими в нем крокодилами, по мере того, как об этих 85% говорить становится все менее интересно (да и что говорить о диком, извращенном населении какой-то далекой, экзотической и опасной страны), по этой мере все актуальнее становится анализ нашего собственного лагеря, тех самых условных 15%. Мы остаемся как бы одни на свете, и тут хотелось бы обрести по возможности более актуальное представление о нас самих и о наших «единомышленниках».

Кто мы? Как нас занесло в этот лагерь изгоев, в эту пятую колонну?

Всякий человек — существо многогранное. Говоря по науке, многомерное, многокоординатное. Чем дальше слова от романтических и психоаналитических штампов, чем они непривычнее, тем яснее будет реальный смысл, лежащий за ними. Так что берем на вооружение слово «координаты». А тот смысл, на который я хочу сейчас указать, - это факт, что упомянутые разные координаты имеют право на существование в нашем анализе только в том случае, если они ортогональны друг другу (тем, кто не знает этого слова, скажу проще — перпендикулярны). То есть, иначе говоря, та или иная нагруженность смыслом по одной координате никоим образом не взаимодействует с тем, что там представлено на другой координате.

Памятуя школьный курс, мы легко можем представить себе трехмерные пространственные координаты X, Y, Z. Понимаем, что смещение точки вверх никак не отразится на ее координатах «вправо и влево» или «вдаль». Следует понимать, что в таких сложных материях, о которых мы сейчас говорим, координат может быть не 3, а все 100, и они тоже ортогональны друг другу, хоть это и сложно представить себе в виде геометрической аналогии. Человек сложен, а пространство, в котором он живет, наверное, еще сложнее.

Понять всю эту структуру, как-то ее истолковать — задача немыслимая. Мы можем только понадкусить этот колобок с той или иной стороны. Здесь я хотел бы взять лишь одну из ста координат и показать на ее примере, что даже тут все не так просто.

Возьмем такое наше общее качество, как недовольство существующим строем, то есть путинским режимом. Это объединяет все 15%, является главным признаком пятой колонны. А теперь я возьмусь показать, что и это качество не есть одна координата. Даже тут, в таком простом вопросе, их уже целый пучок, который категорически необходимо развести на несколько отдельных осей. Иначе будет худо. Здесь, чтобы не разгонять объем, я покажу только две из них.

Претензии к окружающей нас жизни могут иметь разный характер, разные основания. Одним из нас не хватает свободы, другим колбасы на хлеб, а третьим нынешняя рожа власти представляется недостаточно зверской. Это, скажем так, рациональная оппозиция бытию, и каждый из таких «оппозиционеров» способен более-менее ясно объяснить, что в существующих порядках его не устраивает. И даже в нашем, уже почти тоталитарном обществе, эти мотивы протеста как-то объединяют людей в некие неформальные «протопартии», которые могут быть и «правее», и «левее» генеральной линии, или же противостоять ей в других пространствах и координатах, где уже нет понятия «право» и «лево».

Но есть еще один отряд «возмущенного общества». Это типаж «ипохондрика», которому все вокруг просто «не ндравится». Как пример, вспомним, что во все эпохи в обществе всегда ходили слухи, что в колбасу на мясокомбинатах кладут всякую ужасающую гадость. Ну, я не идиот, и понимаю, что это всегда была проблема — найти на прилавках не фальсифицированные продукты. Для одних это была драма, другие просто не обращали на нее внимание. Но здесь я говорю о третьих — для которых разговоры об этом были смыслом жизни. Причем разговоры, обрастающие всякими фантастическими подробностями. 40 лет назад эти люди рассказывали на всех углах легенды о колониях червей, произрастающих на дне квасных бочек. Сейчас, когда ушли в историю бочки на колесах, из которых в городах продавали квас, их дети и внуки организовываются в борьбу против ГМО или прививок.

Характерно то, что, приведи такого энтузиаста на реальный мясокомбинат, покажи ему, как реально делается колбаса (скажем, покажи ему, как конкретно фальсифицируют колбасу в реальных производственных и достаточно стерильных условиях, добавляя туда крахмал, сою и прочий балласт), и он не поверит этому «благолепию», потому что не вытравишь из его сознания жутких фантазий с червями, крысами и смертельными ядами, которыми злодеи травят из поганых ведер русский народ.

Так во время Оно возмущенная общественность пыталась закрыть мою типографию, жалуясь во властные инстанции, что я отравил свинцом всю округу. И попытки доказать, что уже полвека, как в полиграфии не используется никакой свинец, разбивались об этих правдоискателей, как об стенку горох.

Таковы и эти пресловутые, легендарные, сейчас уже отходящие в историю (а жаль!) бабушки, несущие вахту у подъездов жилых домов. Женщины, умудренные горьким жизненным опытом, и этот опыт неопровержимо гласит, что каждая проходящая мимо девушка — проститутка, а юноша — наркоман. И тут даже явление пред их очами абсолютно бесспорной святости, окруженной золотым нимбом, вызовет у них не благоговение, а лишь фрустрацию, ибо не должно быть на свете ничего такого, что не может уложиться в их ясную черную картину мира.

Ладно. Хватит. Я сейчас не упражняюсь в злословии, а пытаюсь создать некое подобие адекватной классификации. В наших нестройных пятоколонных рядах я вижу два типа людей с двумя типами отношения к действительности.

Первый — назовем его людьми непредвзятыми, а может быть, даже склонными к оптимизму или к этому, как его, к «позитиву». Такие люди рады бы быть счастливыми, любуясь окружающим миром, но мир этот не доставляет им такого удовольствия. Куда ни кинешь взгляд — всюду его колет лезущая из щелей неправда, всюду глаз царапают те или иные проявления бесчеловечных порядков. В общем, сплошной 66-й сонет Шекспира. И они, эти проявления, столь страшны, что затмевают (по крайней мере, в наших землях) все красоты и радости Божьего мироздания. И тут уж трудно от обиды не завопить в голос (то есть не возвысить свой голос в антифашистском протесте).

А второй тип — нечто противоположное первому. Это люди, родившиеся и влачащие всю свою жизнь в безальтернативном непроглядном мраке. Люди, у которых никогда не было друзей (ибо все вокруг предатели). Люди, не познавшие в школе радостей общения, ученичества и первой влюбленности (ибо их школа, как в романах мадам Роулинг, была сущим гадючником, пронизанным конкуренцией и сетью жестоких интриг). Люди, которым «еврейское засилье» (или, наоборот, государственный антисемитизм) не дало утвердиться в жизни и проявить свои таланты. Люди, в чьих глазах все женщины — стервы. (Или, наоборот, все мужчины — сволочи.)

Таким людям нет нужды напрягать зрение, дабы увидеть вокруг себя те или иные ростки зла, ибо зло изначально окружает их со всех сторон. Да и как этому не быть, если они сами пусть и не испускают из себя лучи зла, но уж по крайней мере собственным дыханием создают вокруг себя плодотворную для зла атмосферу.

В какие-то моменты, утратив бдительность, мы можем счесть таких людей за своих союзников. Да, они так же, как и мы, страстно ненавидят новый русский фашизм. Но приглядитесь — любят ли они хоть что-нибудь ему противоположное? Это очень хорошая проверка. И если окажется, что они столь же отчаянно ненавидят американскую демократию или европейские свободы, значит, это именно те «ипохондрики», чей портрет я пытаюсь вам обрисовать.

Есть и другой, не менее наглядный критерий. Вот наступает новый день. Заглядывая в интернет, мы отмечаем, что наша власть приготовила нам какую-то новую подлянку, какой-то новый фортель. И так теперь буквально каждое утро. Это чтобы мы не скучали и не расслаблялись. И посмотрите теперь на реакцию тех, кто вокруг вас, кто рядом с вами. Кто-то пытается найти в этих новостях смысл (пусть хоть и мрачный, безрадостный, но хотя бы позволяющий более отчетливо увидеть и истолковать складывающуюся картину). А есть еще и те, кому смысл искать не нужно, ибо повод для ненависти есть всегда, и без всякого смысла.

Это я о чем? А о тех критиках власти, которые с завидным упрямством возвращают наше внимание к маленькому росту российского наполеончика и его главной шестерки. О тех, кто со сладострастием обсуждает немытые волосы какой-нибудь дипломатической дамы. О тех, кто, подобно известным птицам, повторяют каждую оговорку привластных умников. О тех, кто не упустит из виду ни шнурки на ботинках наших врагов, ни покрой платьев на их женах.

В общем, понятно, о чем я сейчас говорю. И закончу если не призывом, то хотя бы робким, вежливым увещеванием — дорогие мои единомышленники, держитесь подальше от таких «союзничков», от толпы «ипохондриков», солидарных с нами лишь потому, что им по сути все равно, что и кого ненавидеть, высмеивать, подвергать остракизму. Не забывайте, что наше с ними союзничество — дело временное. Повернись жизнь новым боком, и их бессмысленная, неразборчивая злоба будет обращена против вас самих или против того, что вам дорого.

Да и вообще — дружба с такой публикой не делает чести думающему человеку.

22.06.16

В связи с гибелью детей в шторме на Сямозере слышу в сети возмущенные крики такого сорта:

– Как , ну как можно отправить своего ребёнка в какой-то лагерь , поверив на слово рекламе? Как вообще можно доверить своего ребёнка чужим людям, предварительно на 200% не проверив, не прочитав отзывов, не убедившись, что будет связь 24 часа в сутки ????

С этим в общем-то не поспоришь, но, тем не менее, не удержусь от кривой ухмылки и такого коммента:

– 90% российских граждан регулярно сдают своих детей и в детсады, и в школы, и во всякие лагеря, не имея никакого выбора, да и не заморачиваясь проверкой, что это за заведения, где будут в неволе отбывать срок их дети. И ведь не парятся! И с нетерпением ждут своей очереди. И возмущаются, когда эта очередь не подходит в нужное время.

Но самое смешное, что выжившие дети, прошедшие от двери до двери через эту унизительную мясорубку, потом, годы спустя, поголовно уверены, что из них вырастили ХОРОШИХ людей. И из тех моральных уродов, с какими я нередко встречался на своем веку, я не видел ни одного, который ужаснулся бы своему уродству и попытался бы проследить его корни в детсаду-пятидневке, в череде пионерлагерей, в каком-нибудь там кадетском корпусе или суворовском училище. Который бы потом с укором взглянул в глаза своей родной любящей матери, не сморгнувшей много лет назад, по своей доброй воле отдавая любимого ребеночка в казенный дом.

25.06.16. Мой первый (гомо)сексуальный опыт

Сейчас это стало, наверное, модной темой — рассказывать, как ты получил психическую травму, оказавшись в юные годы жертвой домогательства какого-то гомосексуалиста (скажем точнее — именно педераста, так как у жертвы речь обычно идет о ее ЮНЫХ годах). Ну, раз так модно, как, прям, про котиков, то добавлю свою лепту и я.

Итак, мне лет 15, я страстно люблю живопись... и так же страстно люблю покурить (нет, не травку, просто покурить, но в мои годы это было тоже криминалом). Весенний день, я выхожу из Пушкинского музея (Москва), несколько двинутый после двухчасового пристального рассматривания пяти картин Ван Гога, и плюхаюсь на лавочку, чтобы устало засосать сигаретку. Дальше все как по стандартному сценарию. Ко мне подсаживается пожилой интеллигентный джентльмен. (Ну как пожилой? Это по моим тогдашним меркам. Ему было, небось, лет 40, а то и больше.) Заговаривает о живописи. Говорит интересные вещи. Предлагает, когда я домусолил свою «шипку», куда более приличную сигарету. В общем, мне интересно, да и собеседник умный, что и в те годы было для меня большим дефицитом. А после еще 15 минут хорошей, увлекательной беседы он приглашает меня к себе в гости — послушать музыку и посмотреть альбомы. Все ком-иль-фо. Никто не хватал за коленку, никто не заглядывал страстно в глаза. Но я не идиот и все понял без намеков. Я уже в то время состоял «по другой части» и был страстно-нежно-безответно влюблен в одну свою одноклассницу. Так что «пардон». Я сказал, что вот, буквально одну минутку, я только отзвоню своим родителям и спрошу у них разрешения. В общем, вежливый отказ. Встал, не раскланиваясь, сказал, что мигом, и пошел к выходу из скверика, туда, где телефон. И уже на пути, я понял свою неловкую, считай, изуверскую ошибку. Между моим собеседником и телефонной будкой, что на выходе из музейного скверика, был еще милицейский пост. И вот тут я осознал, в чем роковая разница между мной, юным раздолбаем, и этим коварным джентльменом. Мне было все пофигу, а он-то был вне закона! Я мельком оглянулся на него и увидел, что на нем лица нет. Что он просто парализован, потому что бежать уже поздно. Что он, взрослый человек, зависит теперь только от меня, пацана, от моей доброты и порядочности. И меня это по-настоящему обожгло.

Не сбавляя шага, я, как бы поджав хвост, изо всех сил сохраняя спокойствие, прошел мимо мента и, не оглядываясь, направился к метро. Тому, что «Кропоткинская», спуск под землю рядом с бассейном Москва, где нынче торчит казенный памятник этому бассейну, «Храм Христа-Спасателя»... Вот и все. Инцидент исперчен. А к чему я это рассказываю? А к тому, что именно тогда, в 15 лет, я осознал, что гомосексуалисты — каста гонимых, преследуемых, презираемых, и это крайне несправедливо. Что, в конце концов, и я перед ними виноват — хотя бы по тому, как мы проходим и как они проходят мимо одного и того же милиционера. Именно с того момента мне стало, и было потом всегда, и есть сейчас – мне стало стыдно перед ними, как стыдно сытому перед голодными, как стыдно белому перед неграми в эпоху рабства. Как должно быть стыдно члену КПСС перед всеми диссидентами.

Вот, собственно, и все. Ну, или добавлю еще штришок. Лет 10 спустя еду в метро поздно ночью, и ко мне подсаживается гомик примерно моих лет. Спокойно и открыто сообщает о своих интересах. Так же спокойно и открыто я отказываю. Но, поскольку никто никого не оскорбил, мы продолжаем беседовать. Просто на житейские темы. И вот тут он спрашивает, люблю ли я спорт. Я в те времена занимался спортом довольно-таки серьезно, но речь тут шла о спорте как о зрелище. Вот он и спросил, нравится ли мне смотреть футбол, бокс, баскетбол и пр. Я бы ответил отрицательно, так как не люблю все эти гладиаторские забавы, но тут, чисто из вежливости признал, что в этом что-то есть. Лицо у моего собеседника просветлело: «Значит, ты все-таки НАШ. Просто пока еще сам этого не понимаешь».

07.07.16. Светские сплетни

Вот тут две новости, о которых галдит вся сеть, все радиостанции Советского Союза (о телевизоре не скажу, поскольку не смотрю). Первая — прогулка молодых гебистов по Москве на своих стальных конях. Вторая — квартиры Шувалова. Забавно, о чем теперь принято переживать.

Первый пункт. Ну, повеселились юные опричники. Странно, что к своим коням не приторочили собачьи головы. Но все-таки невинно. Не палили из автоматов по прохожим. Не насиловали женщин. Не взрывали по дороге дома. А то бы с них сталось. Ведь чему там учат, в высшей школе опричнины, в ПТУ ГЕСТАПО? Что там должно быть у чекиста? Холодная голова и так далее. Весь курс — обучение лжи, насилию, провокациям, убийствам и просто воровству. И, конечно же, понятно — личность нового российского дворянина должна быть цельной, гармоничной, и в ней не должно проскальзывать никаких черточек порядочного человека. А то ведь иначе того и гляди внутренний конфликт, чреватый либо психозом, либо государственной изменой... Впрочем, все мы знаем это давным-давно.

Так чему мы удивляемся? А вот посмеяться есть чему. Это абсолютно курьезный выговор со стороны какого-то гебистского хмыря с генеральскими погонами. Старый черт Баламут журит расшалившихся молоденьких бесенят-гнусиков. Ну разве не трогательно? Ну разве не смешно? А тут с сердитыми голосами и рожами подоспели и другие из бесовской-гебистской знати. И давай шерстить малолеток. За что? Они же в простоте своей душевной искренне показали, что честно идут по стопам своих отцов и готовы воевать с народом так же самоотверженно, как их «дидываивале»... по заградотрядам и на лагерных вышках.

А теперь два слова про Шувалова. Что, вы удивлены этим «бандитским шиком»? Но ведь это у них у всех так. Иначе коллеги «не поймут». Вот к чему бы прикололся лично я, причем с претензиями вплоть до увольнения, так это к полной профессиональной несостоятельности, граничащей с идиотизмом. Человек из верхов, лучше других знающий, до какой катастрофы они все вместе довели Россию, вдруг, как ни в чем не бывало, покупает недвижимость в столице. И не понимает, козел, что его же стараниями через год-другой начнется массовый исход или даже бегство из разрушенной Москвы с остановившимся метро, с отключенным светом, с не действующей канализацией. А он давай хвататься за недвижимость. Гыыыы. Денежки нужно куда подальше прятать. №удаки, %ля!

09.07.16. Экстремизм

Вот пристально отслеживаю все метания российских властей, пытаясь увидеть в них какой-то, пусть зловещий, но смысл. Иногда удается, иногда нет. Хорошо понимаю, что они сами прячут от нас свои недобрые намерения, используя для этого разные приемы. Один из них, наверное, самый хитро.... умный — это насильственное извращение языка, очень мешающее людям думать и адекватно описывать реальность. А в нем главное средство (помимо выхолащивания логически-грамматических связей) — массовое введение новых слов, сознательно лишенных смысла или наделенных смыслом парализующе расплывчатым.

Вот страшное слово «экстремизм», призванное обозначать столь же страшное явление. А вы задумывались, что же оно значит? Конкретно. Я не видел, чтобы наши оккупанты озаботились дать ему четкое определение. Значит, придется самому. Вроде бы все ясно. Это от слова «экстрим» по-английски или «экстремум» на латыни. То есть нечто крайнее, предельное, достаточно далеко отстоящее от средних показателей.

Я подумал и ужаснулся. Нет, я не изображаю из себя придурка, не делаю вид, что мне совсем не видны пусть фальшивые, но хоть внешне благонамеренные позиции нашего тирана. В сознание вбиты пропагандой достаточно уродливые образы «экстрима», с которыми, наверное, стоит тоже бороться. Скажем, экстремальная жестокость. Типа просто за жестокость можно пожурить, а вот за экстремальную...

Но ведь сам этот термин на то в тайной своей глубине и нацелен, чтобы грести широкой лопатой, широким хлебалом комбайна весь «экстрим», то есть все, что высовывается за 70-процентный «колокол» гауссова распределения, все, что заметно отличается от средних значений.

Между делом напомню древнекитайскую притчу, в которой преуспевающий тиран учит царя из соседнего царства эффективно управлять государством. И пока они, беседуя, идут вдоль межи пшеничного поля, он, образцовый «мудрец», как бы исподволь срывает все колоски, поднявшиеся хоть на вершок над общим уровнем. Вот вам классический пример борьбы с экстремизмом.

Религиозный экстремист. Что это такое? Человек, истово верующий в своих богов. Более глубоко, страстно и преданно, чем все окружающие. Таааак. Возможно, на нынешний циничный взгляд это несколько странновато. Но в чем тут криминал? За что карать, если своей экстремистской верой он не нарушает никаких законов общежития? Ведь тут на крайний случай есть и просто уголовный кодекс. А если все по закону, то что? А вот на этот случай и нужен страшный «экстремизм»! Для того и придуман.

Точно так же с политикой. Есть вялый тухлый центр (правда, сейчас власти приноровились называть «центром» не реально отнормированный центр на политической диаграмме, а свою собственную казенно-фашистскую, то есть по сути своей уже экстремистскую позицию). Есть отклонения от средневзвешенных показателей вправо, влево, да куда угодно. И эти крайние политические течения — это и есть «экстремисты». КПРФ, ЛДПР и т. д. А вовсе не те, на кого вы подумали. Неприятные ребята, но карать их нужно ведь вовсе не за показной кокетливый политический экстремизм, а за те вполне себе уголовные преступления, которые они совершают каждый день.

Едем дальше. Вот возьмем мистера Х, человека исключительного благородства. «Каких сейчас не делают». Это ведь тоже отклонение от нормы. Экстрим! Значит, под нож, то есть под стригалку государственного комбайна.

Или господин Y. Человек выдающегося ума. Тоже ведь экстрим. Тоже под косу!

Мадемуазель Z. Девушка фантастической, запредельной красоты. Тоже экстрим. Тоже непорядок. Нужно хотя бы изуродовать.

Ну, а господа из думы, администрации и правительства? В массе своей публика просто потрясающего, невиданного идиотизма и оглушительной, невообразимой подлости. Вот где гадючник экстремизма! Все гадкие человеческие качества в своих самых предельных, экстремальных проявлениях. Вот кого нужно грести самым широким охватом. Да, для очистки от этого экстремизма одного комбайна не хватит.

16.07.16. Новые ветры

Вот уже почти 100 лет, как все, все без исключения российские «властители дум» слова не скажут, не оглянувшись куда-то влево-вверх. (Вверх — это на вышестоящее начальство, а влево — это на черта, поскольку, как говорят, у каждого есть свой бес-хранитель, и стоит он всегда за левым плечом.) То, что я сейчас сказал — трюизм, и его даже не стоило бы лишний раз произносить вслух. Если бы не его продолжение.

Насчет беса все осталось на месте. Такова природа людей (по крайней мере тех, что выбились во «властители дум»). Но вот, что я увидел сейчас, чего никогда не видал в России, хотя на демократическом Западе это уже не один век такая же напасть, как у нас холуйство. Я имею в виду новую, совершенно европейского уровня форму популизма.

Теперь почти всякий «мыслитель-публицист», почти всякая «говорящая голова» и даже просто раскрученный блоггер, прежде чем открыть рот, смотрит уже первым делом вокруг — как к этому отнесется, как это воспримет толпа. (Конечно же, у каждого толпа своя — для кого-то «светская чернь», а для кого и просто «чернь».) Но как-то незаметно для всех этих говорунов реакция толпы становится более важной, более опасной, чем временами реакция верхов.

В действие вступает самоцензура нового типа. Теперь (не вместо, а помимо страха перед властью) народные трибуны нервно-заискивающе оглядываются на свой «народ». Как бы его не спугнуть, как бы он не заскучал, как бы он не обиделся, как бы не отверг, не принял на свой счет. Как бы он, наконец, не впал в ярость и не ощерился на тебя или вообще в неправильную сторону. А такая вот беспричинная ярость и ненависть — она же в определенные времена оказывается свойственна всем народам.

Вы, наверное, уже догадались, к чему я клоню, о чем говорю. Правильно. Угадали. Но и не только об этом. Тут куда ни посмотри — эта пакость воспроизводится на всех уровнях и во всех направлениях.

18.07.16. Анекдот

Что нынче в интернете популярнее котиков? Всякие душеспасительные психологические рекомендации и промывание мозгов до блеска новенькой алюминиевой кастрюльки. Короче, наставления, как быть бесстыже-счастливым, и объяснения, что вам мешает как танцору. Такое сейчас пишут все. А я что, рыжий? Дай-ка я тоже всех вас немножко полечу. Выступлю в роли чи психиатра, чи онколога. В общем, поговорю о вкусной и здоровой жизни. Начнем с эпикриза... или случая из жизни... или психологического портрета... Короче, с анекдота. В разных модификациях он давно уже блуждает по сети. Слушайте.

***

«Есть у меня подруга. Образована, умна, молода. Хорошая и престижная работа в частной образовательной компании. И у неё хороший автомобиль. Не что-то заоблачное, а, ну, скажем, Ауди А-8. Малюсенькое ДТП. Виновата, реально, она.
На всякий случай звонит в службу безопасности своей компании, благо та уже в 50 метрах, идёт ко второму участнику, вернее, к участникам, и спрашивает:
- Будем ГАИ вызывать, или так разойдемся?
Но из шестёрки, набитой до предела, выскакивают пять мужиков и начинают орать. И, конечно:
- Насосала на машину, а ездить не научилась!
Она:
- Мальчики, видите вон два чёрных "Туарега"? Это мои друзья. Сейчас они подъедут, и вы насосёте на целый самолёт».

***

Дослушали? Отсмеялись? (это если кому было охота посмеяться). А теперь разбираем детали и ставим диагнозы. Начнем с первой машины. Ауди А-8. Как там сказано, «хороший автомобиль». Оценим эту «оценку». Реально это машина представительского класса. Я когда-то сам видел парадный выезд Вацлава Гавела — черная А8 и два (всего два!) белых мотоцикла. То есть в мире порядочных людей это машина министра или чиновника повыше. Ну, а в мире людей непорядочных, где нищих и бедных в сто раз больше, чем в Европах, естественно, А8 должна восприниматься как несравненно более наглая и непристойная демонстрация богатства и власти, чем это было бы в какой-нибудь ровно-зажиточной Германии. Но так уж у нас принято, чтобы 1% чванливо рассекал на своих черных колесницах над остальными 99%. Заметим — рассказчик непременно вставляет свою ремарку «не что-то заоблачное», типа не Ролльс и не Бентли. Указывая таким образом на собственную принадлежность именно к этому кругу, на то, что такая роскошь в его глазах еще не роскошь. Слушатели должны в ответ надуть щеки и с пониманием сказать: «Ммммм» - глядя на рассказчика чуток снизу вверх. Теперь скакнем вперед. Хозяйка, как ей сказали оппоненты, «насосала на машину». При этом в структуре рассказа мы видим то, что называется «упреждающий ответ на ожидаемый встречный аргумент». Потому нам в первом абзаце кратко рассказывают про должность героини. Чтобы никто не подумал, что «насосала». Мы поверили? Да как сказать. Обычно слушателям и рассказчикам этот вопрос не слишком интересен. Нам власти объяснили, что нехорошо считать деньги в чужом кармане. И все согласились. А почему? Почему в России до революции это было вполне прилично, и с вором никто рядом бы не сел, почему в Голландии или Чехии это прилично, и неприлично, когда человек не хочет отвечать на вопрос, откуда деньги. И только в целомудренной новой России этого все стали стесняться?
А ведь потому, что и в самом деле, как бы помягче сказать, «насосала»... ну, или просто украла. Потому что мы все знаем, что фирмы и учреждения с заоблачными зарплатами — это воровские притоны, будь это благопристойный Газпром или какая-нибудь контора, обслуживающая ФСБ. Другого богатства у нас для вас нет. Все другие, честные формы деятельности оплачиваются нищенски. И мы это знаем. И не хотим ворошить.
Тут еще колоритный штришок — служба охраны на «туарегах». Угу. Так мы и поверили, что какая-то педагогическая контора содержит для своих нужд штат очень крутых бандюков. Но это вскользь. Понятно, какая у нас в стране «педагогика», рассекающая на министерских лимузинах да еще с телохранителями.
Теперь скакнем к концу, к развязке. К тому финалу, который должен вызывать у слушателей довольный, утробный хохот. Этот прием называется «перехамила хамов». Но ведь непристойность такого поведения должен понимать всякий воспитанный человек (я не о непристойности терминологии, я о позиции в целом). Естественно также понимать, что грош цена геройству и острословию, когда у тебя за спиной дюжина вооруженных головорезов. А тех, кому это все-таки не ясно, отсылаю к классике типа «маст рид», к книжке «Вся королевская рать». Вот там, как мне помнится, главный герой молит о прощении, катаясь в ногах у своей любимой, лишь потому, что она стала случайным свидетелем такого его «подвига», вот такой «шуточки» именно в этом жанре.
А теперь вернемся к середке. К главной начинке этого пирожка. Вспомните 90-е. Сколько тогда ходило анекдотов про запорожец и 600-й мерс. Трогательных таких. Напоминающих веселые народные сказки. Где по одной и той же схеме нищий пенсионер из запорожца уделывал как хотел сытую урлу из мерседеса. Как он, подобно пушкинскому Балде, раздавал щелбаны всей этой богатой воровской мрази направо и налево. И что изменилось за 20 лет? Акценты поменялись строго до наоборот. И вот уже народ ржет над тем, как барыня из лимузина разделывает под орех плебеев, осмелившихся в своей вазовской шестерке встать у нее на пути.
Спроси сейчас на улице или в сети, какой человек лучше, бедный или богатый, и три четверти не пошлют нафиг с такими идиотскими вопросами, а ответят без колебаний, что богатый. Он лучше одет, от него лучше пахнет, у него лучше манеры. Произошла революция. Наворовавшийся мерзавец стал уже не предметом осуждения или на худой конец злобной зависти, а предметом искреннего почитания и обожания. Более того, те же три четверти скажут, что шуры-муры с беднотой — это все пережитки совка. А все бедные — если, конечно, они беднее тебя — все они лузеры, шваль и вообще сами во всем виноваты. Сейчас в чести достоевская «мудрость» - «Бедность не порок, но большое свинство». И никто из нынешних православных не вспомнит, что уважение к бедности, скорее уж, пережитки не совка, а Евангелия.
И никто, буквально никто не понимает, что вот именно это — не симптомы чего-то нехорошего. Это сама болезнь. В которой метастазы рассеялись по всему организму, по всем социальным слоям, а самое главное, поразили те жизненно важные органы, которые отвечают за самооздоровление. Иммунную систему нации, которая в гигиенических целях рождает новые анекдоты. И эти нынешние анекдоты, как анализ крови у смертельно больного, радикально отличаются от анекдотов 20 и 50-летней давности. Мы оказались в стране с новой, с «альтернативной» формой нравственности. В этой ситуации врачи могут только вскрыть пациента, горестно вздохнуть, зашить снова и выписать доходягу домой, чтобы не занимал попусту больничную койку.