Мировая турбулентность и чувство тупика

Война началась, она идет и уже просто так не кончится. Нескоро кончится. Возможно, не при нашей жизни. Но ведь нужно как-то посреди всего этого бедлама жить? И желательно выжить достойно.

Это война, где не совсем понятно, кто враг, а кто друг. Можно легко ошибиться. Хотя в принципе многое ясно, если быть на стороне гуманности и уважения человеческой жизни, человеческих прав, солидарности со страдающими и отчаявшимися.

Эта война имеет, как давно признано, гибридный характер. Она чаще всего состоит из спецопераций самого широкого диапазона. Конечная цель их организаторов – доминирование, подавление любого сопротивления. Атакована ваша жизнь, ваше сознание, ваше понимание реальности.

Вашей линией фронта, вашей передовой могут стать ваш город, ваша улица, ваш дом, ваша квартира, телеэкран, аккаунт в соцсети. И могут стать, и часто становятся, пусть это коснулось пока не всех. Но лучше не расслабляться.


Бесконечная череда провокаций, ставших обиходной прозой жизни и отнимающих уверенность в прочности миропорядка.

Тут боевые дроны летят в Польшу.
Тут военные самолеты пересекают границы Эстонии.
Тут рвутся кабели на Балтике.
Тут диверсии на железных дорогах.
Тут хакерские атаки в интернете.
Тут китайский крот заведует офисом депутата от AfD.
Тут неопознанные беспилотники вояжируют то над Германией, то над Данией...

А уж предвыборные кампании – это предмет неустанного спецакционизма. Задача – не обязательно победа нужного кандидата – но подрыв доверия и ослабление лояльности к самой системе, к основам существующего правопорядка.

В банках из-под кукурузы

Вот свежая и рядовая новость: российская разведка готовила атаки в Германии. По версии Агентства внутренней безопасности и прокуратуры Польши, российские спецслужбы готовили атаки с использованием беспилотников и банок из-под кукурузы, в которых была спрятана взрывчатка. Предполагается, что дроны должны были сбросить эти банки на неназванные объекты.
Задержан 27-летний Владислав Д., его подозревают в перевозке компонентов для дронов и банок со взрывчаткой между Литвой, Польшей и Германией, утверждает газета Wyborcza. Один из тайников с банками он выкопал на кладбище в литовском Каунасе и должен был привезти в Польшу по инструкции человека, с которым общался в Телеграме.
Во время чемпионата Европы по футболу 2024 года, который проходил в Германии, он уже привез компоненты дрона и SIM-карту в Дюссельдорф. Кому – не сообщается. Но не успел довести дело до конца.

Новое политическое сознание

Война, полыхающая на Востоке, на самом деле давно трансгранична. Понимание этого по-разному приходит и к европейским лидерам. Они все чаще говорят о том, что мы вступили в военную фазу.
Это постоянная тема в риторике Фридриха Мерца.
Премьер-министр Польши Дональд Туск симптоматично повторил на днях в Варшаве, на форуме по безопасности: "Важнейшая задача всех лидеров общественного мнения – заставить все западное сообщество, все трансатлантическое сообщество болезненно и глубоко осознать, что идет война. Война на Украине, нравится это кому-то или нет, - это и наша война. Если мы проиграем эту войну, последствия затронут не только наше поколение, но и будущие поколения. В Польше, по всей Европе, в США, по всему миру".
В Копенгагене сейчас проходит неформальный саммит лидеров ЕС, столица Дании превратилась в укрепленный лагерь. «То, что мы переживаем сейчас в Дании, я называю гибридной войной. Когда я смотрю на Европу сегодня, я думаю, что мы находимся в самой сложной и опасной ситуации со времен окончания Второй мировой войны», — заявила премьер-министр Метте Фредериксен.
Командующий сухопутными войсками Франции генерал Пьер Шиль только что заявил о необходимости для западных стран быть готовыми к возможному вступлению в боевые действия в самое ближайшее время. В статье, где офицер пишет о приоритетах на эти годы, он фиксирует: «Нужно быть готовыми в любой момент вступить в бой, даже с сегодняшнего вечера, если потребуется».

Массовые акции

Теперь эта перманентная гибридная война подходит к очень опасной стадии - давление на правительства и элиты через граждан.

Разумеется, этот прием возможен в демократиях, где мнение граждан кое-что значит. А значит – можно мобилизовать эффективный актив и использовать его как оружие.

Этот маховик и разворачивается сейчас в Европе

Возьмите хоть недавние события в Великобритании: масштабные, хорошо организованные акции протеста против иммигрантов. Или свежую пропалестинскую «интифаду» в Берлине с требованиями, удовлетворение которых меняет базисный характер послевоенного немецкого государства.

Милитаризация – и обрезание социальных расходов

Реакции на все эти провокации и спецоперации спонтанные, но в целом мало радуют.

Пухнут военные бюджеты. Клепаются вооружения разного рода – один из самых токсичных продуктов цивилизации. Вот уже дошло и до новой программы «звездных войн»…

Читайте также:

Попутно почти повсеместно сокращаются социальные расходы при росте цен (прежде всего на энергию и жилье).

Социальное государство трещит по швам. После всплеска социальных расходов в 2020–2021 в 2022–2025 многие страны ЕС переходят от экстренных выплат к «нормализации» и в целом ряде случаев — к экономии на социальной поддержке, к ужесточению условий получения пособий или к целевым сокращениям выплат. Это особенно заметно в политике в отношении мигрантов/беженцев.
Домохозяйства сталкиваются с сокращением покупательной способности, более жесткими правилами доступа к соцподдержке, с риском дрейфа в сторону бедности. Беженцев-нерезидентов ждет снижение поддержки или ужесточение доступа к льготам. Заодно усиленно сокращается и прием новых беженцев. Тяжелая история такого рода, например, - это минимизация программы гуманитарных виз в Германии, что больно ударит по противникам режима в России и Беларуси.
Мы видим, как власти пытаются ужимать соцпакет в Германии. Идет активная политическая дискуссия о Bürgergeld/Grundsicherung. Есть предложения по «сокращению/пересмотру» прав на выплаты и повышению требований к получателям (работа/участие). На разном уровне властями предлагаются жесткие меры: обязательная общественная работа для части бенефициаров, проверка трудоспособности, ужесточение санкций и т.п., и т.д.. Это фактически означает «снижение реальной доступности выплат» при несоблюдении условий, сдвиг к Work-First и условности выплат: требование участия в работе/общественных работах. Существенно ужесточается доступ и контроль — это воспринимается как сокращение гарантированного обеспечения.

В странах Балтии рост расходов на оборону явно вытесняет социальные расходы. Правительства в последние годы усиливали фискальную дисциплину, что сужает пространство для расширения соцпакетов. Приоритеты смещены в сторону целевой помощи (энергосубсидии, адресные выплаты), а не универсального расширения пособий.
В Польше в начале этого года были введены дополнительные выплаты/надбавки также целевого характера (например, допнадбавка для получателей соцпенсий). Но усилились политические дискуссии и введены меры, направленные на ограничение пособий для иностранцев и пересмотр продления выплат украинским беженцам. В августе президент ветировал закон о продлении некоторых выплат для беженцев.

Чувство исторического тупика

Все это порождает ощущение, что мир зашел куда-то не туда и не знает, как оттуда выбраться.
Точнее, выигрывают в этой ситуации те, кто научился ее использовать в своих интересах. Скажем, выстраивается довольно стройная победоносная стратегия гибридной войны, позволяющая как минимум укрепить свои власть и влияние, как максимум – расширить ресурс доминирования.
Выгодоприобретатели в ситуации войны согласны на беспринципный «мир» ценой свободы и демократического миропорядка, если они при этом сохраняют и увековечивают свой властный ресурс. Это правые ультра, которые хотели бы упразднить демократический порядок, свободы и гражданские права, минимизировать социальные обязательства – и править так, как Оруэлл или Замятин писали в антиутопиях про тоталитарное будущее.
Мы видим, как это бывает на примере России. Жизнь человека в российском горизонте была обесценена двумя мировыми войнами, гражданской войной и последующими идеократией вперемешку с деспотией. Кризис советской идеи вовсе не привел ни к признанию ценности человека с его жизнью и правами, ни к развитию личностного самосознания. Подражание стилевым чертам западного строя жизни не опиралось на фундамент гуманистических ценностей. А там, где нет гуманизма как мотора жизни, его место занимают какофония свирепого этатизма и латентных магических практик. Общество превратилось в оккультный фантом. Конечно, из щелей еще торчит что-то живое. Но в целом это огромная социально оскопленная среда, где всякая публичность происходит только под контролем бюрократии и военщины.

Выбор Европы

У Европы, кажется, выбор невелик: или изменять своим гуманистическим ценностям, предавать принципы демократии – или проиграть двум империям: Америке и России. Иногда говорят, что трем, имея в виду Китай. Хорошо, трем. (США с некоторых пор уже явно не тот союзник в утверждении демократической и гуманной нормы, на которого всецело можно положиться. Трампизм там не сезонная болезнь, а мощный тренд.)
Транзакция, например, такая: Путин угрожает - Европа милитаризуется - социальные расходы сокращаются - правые усиливаются - правительства сносятся - правые приходят к власти - новые правительства заключают глобальный пакт с Россией и с США.
Или все-таки есть и другой путь в ситуации исторического цейтнота?

Не поддаваться. Не предавать себя, хотя стать более прагматичными. Поумнеть (быть мудрыми, аки змеи), уметь кооперироваться против угроз.

Европе в целом и особенно Германии с ее трудной судьбой надо научиться защищать себя и европейские ценности.
Это решаемая задача.
Это важнейшая задача.

Мы обязательно победим. И еще спляшем на поминках нового авторитаризма.